Алексей Франдетти: «Время «поющих голов» прошло»

Актер и режиссер мюзиклов — о том, как увести зрителя в другую ральность

Алексей Франдетти: «Время «поющих голов» прошло»

Фото: Зоя Игумнова

Режиссер Алексей Франдетти уже заинтересовал публику МХТ имени Чехова постановкой мюзикла «Гордость и предубеждения», а сейчас работает в Театре на Таганке — и тоже над мюзиклом. Корреспондент «Известий» встретилась с Алексеем в перерыве репетиции в МХТ.

— На столичных сценах просто бум мюзикла. За музыкальные постановки берутся даже драматические театры.

— Это точно. Вы же помните, золотой век мюзикла пришелся как раз на времена Великой депрессии. Мне кажется, чем сложнее жизнь за стенами театра, тем веселее в его стенах. Людям сегодня хочется слышать песни, танцы, видеть красивую картинку. Даже если эта картинка про кровавого брадобрея, она всё равно может увести зрителя от сегодняшних проблем.

— На Бродвее тоже убегают от проблем, развлекая публику?

— Развлекать можно по-разному, даже «Гамлетом» и «Макбетом». Я был свидетелем, как Джуд Лоу по восемь раз в неделю на протяжении двух месяцев играл Гамлета — и это было развлечение высокого класса. Не обязательно, чтобы были перья, стразы и светящиеся лестницы, нет. Но спектакль должен увести зрителя в другую реальность, и это главная задача, стоящая перед театром.

— Вашими усилиями затанцевал и запел МХТ имени Чехова. «Гордость и предубеждение» — первый мюзикл на прославленной драматической сцене.

— Мюзикл — это шоу, которое идет в ежедневном прокате. А «Гордость и предубеждения» — все-таки музыкальный спектакль. С его автором, Питером Экстромом, мы делали «Рождество О.Генри» в Театре имени Пушкина. Он был очень рад, что мы можем продолжить с сотрудничество. Для некоторых артистов композитор даже написал дополнительные номера. 

— Еще вы решили устроить переворот в Театре на Таганке. Ставите мюзикл «Суини Тодд, маньяк-цирюльник с Флит-Стрит». Давно там не было ничего подобного...

— Я бы не сказал, что мы перевернем Таганку с ног на голову, потому что ее уже и так, и сяк, и наперекосяк переворачивал гениальный режиссер Юрий Любимов. По моему ощущению, «Суини Тодд» очень попадает в любимовский театр или в мое восприятие театра Юрия Петровича (смеется)

Фото: Зоя Игумнова

Я шел в эту работу с очень серьезным предубеждением, но на первой же репетиции был удивлен тем, как блистательно артисты распоряжаются сложнейшим материалом. Кстати, этот сезон в Театре на Таганке вообще станет музыкальным. Недавно там представили рок-н-драму «Вий». А к концу января и мой мюзикл выйдет.

— Говорят, что пространство зрительного зала изменится.

— Задумка интересная. Спектакль будет играться на 360 градусов. Зрители окажутся не только в зрительном зале, но и на сцене — на расстоянии вытянутой руки от артистов.

— Получается, нам придется сидеть на декорациях?

— Где-то будут стоять столики, а некоторым предложим места на бочках. Не буду всех секретов раскрывать, поинтригую немного.

— Вы упомянули «Рождество О.Генри», спектакль Театра Пушкина, за который вы получили режиссерскую «Золотую маску». Но еще несколько лет назад вы вместе с Сергеем Лазаревым играли в музыкальном спектакле «Одолжите тенора!».

— Иногда, приходя в Театр Пушкина на репетицию уже своего спектакля, я думаю: «Эх, сыграть бы еще!» С «Одолжите тенора!» начались наши театральные отношения с Романом Ефимовичем Козаком и Евгением Писаревым. Я очень любил эту постановку. Но ушел из нее, так как надо было двигаться дальше. И я двинулся. Иногда бывают моменты, когда следует отдаться на волю провидения.

— Вы — фаталист?

— Без сомнений. Мне как артисту очень хотелось получить «Золотую маску». Я ее получил, но как режиссер. Мне хотелось поучаствовать в проекте «Танцы со звездами». Десятый юбилейный сезон я работал в «Танцах» режиссером-постановщиком. Мне невероятно хотелось выйти на сцену МХТ имени Чехова и что-то сыграть. И вот я выхожу и даже немножечко наигрываю при показе артистам. Может быть, не стоит ломиться в закрытую дверь, если рядом — открытое окно?

— Какая из ваших ролей вам запомнилась?

— Мюзикл Zorro, где я не издал ни одного вокального звука: мой герой Рамон был классическим злодеем, который в финале сходит с ума. Отличная драматическая роль. Кстати, из-за нее я в свое время ушел из труппы Театра Пушкина в компанию «Стейдж Энтертейнмент». Никоим образом об этом не жалею.

— А позже отказались от актерства, увлекшись режиссурой?

— Какие-то режиссерские задатки у меня, наверное, были. Во ВГИКе на последнем курсе я просто заболел идеей привезти в Москву мюзикл «Пробуждение весны» и очень хотел в нем играть. Мы задумали этот проект с Романом Ефимовичем Козаком. Но он ушел из жизни, а я не понимал, куда мне идти с этим материалом. По-прежнему хотел играть.

Мы поговорили с Кириллом Серебренниковым, который предложил поставить «Пробуждение весны» вместе с ним. Это был первый замах на режиссуру. А потом во время спектакля «Фанфан-Тюльпан» в Театре оперетты я упал с пятиметровой высоты. Разорвал мениск, связки... Я расценил это как знак: «Иди со сцены в зал, иди! Там хорошо!». И действительно, мне там оказалось комфортно (смеется).

— Вам недостаточно было Школы-студии МХАТ? Вы отправились учиться еще и во ВГИК.

— Я всегда боролся за музыкальный жанр. На тот момент моему мастеру в Школе-студии МХАТ Игорю Золотовицкому казалось, что это неправильно. И я перешел во ВГИК к блистательному Игорю Ясуловичу. Ни разу об этом не жалел. Кстати, Игорь Яковлевич сейчас очень помогает и поддерживает наш спектакль в МХТ.

— Певец с консерваторским образованием в театре хуже, чем поющий драматический актер?

— Да. Мне кажется, что время просто «поющих голов» прошло. Важен синтез: насколько артист одинаково хорошо играет, поет и танцует. Но опять же, смотря о каком театре идет речь. Понятно, что в оперном работают люди с консерваторским образованием. И то, мне гораздо ближе Диана Дамрау, за которой я стараюсь ездить по Европе и Америке, когда у меня есть время и возможность. Потому что она в первую очередь артистка, а потом уже блистательное сопрано.

Справка «Известий»

После окончания ВГИКа в 2006 году Алексей Франдетти дебютировал в театре «Московская оперетта». В 2007–2010 годах — в труппе Театра им.А.С. Пушкина. Среди его режиссерских работ — спектакли в «Гоголь-центре», театре «Карамболь», Красноярском театре оперы и балета и др. Лауреат премии «Золотая маска» в номинации «Лучшая работа режиссера в оперетте/мюзикле» (спектакль «Рождество О’Генри» Театра им. А.С. Пушкина).

 
Источник - Известия